Замечание 1
Рабочий вопрос - это одна из самых серьезных тем в России конца $XIX$ – начала $ХХ$ веков, которая возникла между рабочим классом с одной стороны и их работодателями - заводчиками, фабрикантами – и правительством с другой.
Формирование рабочего класса и столкновение с хозяевами предприятий дало правительству подов для рассмотрения на заседаниях Думы рабочего вопроса более пристально. Российский пролетариат требовал улучшения экономического и социального положения, которое было очень сложным и тяжелым. Прежде всего, ничтожно низкая зарплата – $21-37$ рублей и крайне длинный рабочий день – $11-14$ часов, а также - по любому поводу огромные штрафы (дисциплина, выход из строя рабочего инструмента и т. п.), очень плохие условия для проживания, отсутствие охраны труда и профсоюзов, лишение политических свобод.
Правительственные законопроекты
Правительство пыталось решать рабочий вопрос, было создано фабричное законодательство в $1880$-х годах (министром финансов Бунге Н.Х. ), оно пыталось регламентировать отношения рабочих и фабрикантов. Законами от $1885-1886$ годов были приняты установленные конкретные размеры штрафов.
Специальные фабричные инспекции были призваны строго следить за соблюдением законов предпринимателями, а также следить за тем, чтобы в ночное время не было на рабочих местах женщин и подростков. Но все эти меры не улучшили положения рабочих и не смогли остановить их борьбу.
Стачки
Прошедшие стачки летом $1896$ и зимой $1897$ годов заставили правительство создать закон, допускающий сокращение трудового дня до $11,5$ часов, но фабрикантами он повсеместно нарушался, и под разными предлогами.
У фабричной инспекции были расширены права, в ее обязанности входило своевременное предупреждение возможных причин забастовок, но и это не смогло остановить растущее рабочее движение. Под воздействием революционной пропаганды оно влилось в политическую борьбу и оказалось одним из самых сильных явлений социально-политического перелома в России на рубеже столетий.
Попытки решения рабочего вопроса
Свидетельством усиления рабочего движения стали демонстрации с лозунгами «Долой самодержавие!» в $1900$ г. и забастовки в $1901-1903$ гг. С этого момента рабочий вопрос становится чуть не самым главным для царского правительства. Оно пыталось решить этот вопрос одним из трех способов.
- увеличение количества репрессий - за участие в забастовках рабочие уголовно наказывались, их могли взять под арест, бросить за решетку, отослать на родину и запретить пребывание в крупных индустриальных городах.
- выпуск новых законодательств – с $1901$ года для рабочих казенных предприятий, потерявших трудоспособность на производстве стали учреждаться пенсии. В $1903$ году по закону фабрикантам установили выплату компенсаций рабочим, травмировавшимся на рабочем месте. Закон установил право рабочих избирать старост из своей среды, которые должны будут следить за соблюдением работодателя условий найма.
- введение «попечительной политики, которая переросла в образование законных, открытых рабочий объединений под надзором полиции, для того чтобы отвлечь пролетариат от революционной борьбы. Политика «полицейского социализма» (она же «зубатовщина») столкнулась с неодобрением этого введения самих фабрикантов, которые решили, что полиция напускает на них рабочих, а также на сомнения самих рабочих, которые устали ждать радикальных, решительных поступков от властей и правительства.
Замечание 2
Достижения Революции $1905-1907$ годов были таковыми, что рабочим удалось добиться от правительства сокращения длительности рабочего дня до $9-10$ часов, упразднение штрафов, повышения заработной платы (в некоторых отраслях промышленности), образование профсоюзов. Государственная дума в $1912$ году решила создать закон страхования от несчастных случаев и по болезни, но он касался только $15$ % рабочих казенных заводов. Рабочий день длительностью в $8$ часов не был введен вплоть до $1917$ года.
Жёсткость в России не в моде
Сайт Superjob .ru , регулярно поднимающий упоминаемость себя любимого в СМИ с помощью разнообразных опросов, , что думают жители России о корпоративной культуре, в каких условиях им комфортнее всего работать. Порадуемся, что амбициозный hr -портал наконец-то задаёт вопросы по существу своей деятельности, а не про в городах, где его пользователи и не бывали.
Исследование со всей очевидностью показало, что наши люди стремятся туда, где теплее и добрее: 83% предпочли «мягкий» тип корпоративной культуры и лишь 5% — «жёсткий». Но что значат в этом контексте жёсткость и мягкость? Авторы опроса дают определения:
«жёсткие» ценности: власть, успех, соперничество, агрессивность, достижение цели любыми, в т. ч. и не всегда корректными средствами;
«мягкие» ценности: доброта, взаимопомощь, доверие, преданность, поддержка, исключительная честность по отношению к сотрудникам, клиентам и конкурентам.
В опросе приняли участие пять тысяч респондентов, и хотя это не так «научно», как традиционные 1600 опрошенных ВЦИОМ, срез выглядит достаточно представительно. В то же время отметим, что завсегдатаи сайта, посвящённого поиску работы, с высокой вероятностью недовольны своей текущей занятостью или не имеют её вообще.
Чем выше у человека доход, тем более он настроен на жёсткость, но это всё равно исчезающе малые величины (3% у «бедных», 7% у «богатых»). Мужчины существенно «жёстче» женщин — 8% против 2% за «жёсткость». За жёсткость чаще выступают, во-первых, директора, которые сами её и устанавливают (12% + 11% затрудняющихся ответить), а также менеджеры по продажам, лучше других знающие цену расхлябанности (10% + 9%).
Больше всех любят мягкость представители странной профессии «экономист», лишь 1% из них готов работать в жёстких условиях (и это исключительно мужчины).
Возраст опрошенных практически не сказывается на их предпочтениях.
В то же время желаемое и действительное — разные вещи. 64% опрошенных рассказали, что работают в компании с «мягкими» ценностями, 16% — с «жёсткими», остальные не могут определиться — видимо, не имеют работы. Но и эти, чуть менее выпуклые цифры показывают, что работа в России — это очень мягкое место.
Это действительно так
Для большей объективности упомянем два других исследования на схожие темы. Например, опрос ФОМ , прошедший полтора года назад. Отношения в коллективе нравились 90% опрошенных (!), и только 7% ими недовольны. 66% также считают нормальным свой уровень загрузки, тогда как 27% полагают, что работают слишком много (4% — слишком мало). Наконец, отношение руководства к персоналу кажется нормальным 77% опрошенных, и лишь 18% недовольны им. Ещё интересная статистика из того же опроса: 69% считают главным делом в своей жизни работу, 18% — отдых и хобби, 13% не могут определиться.
Интересен ещё опрос 2012 года (MASMI Russia): 70% подчинённых поддерживают дружеские отношения со своим начальством, причём более трети из этой доли были у начальника в гостях. Гендиректор агентства Александр Новиков тогда, впрочем, скептически отнёсся к этой идиллии: «Сотрудники российских фирм скорее переоценивают эмоциональный статус своих отношений с руководством». Но, впрочем, признал, что в большинстве трудовых коллективов отношения действительно хорошие.
Совпадает ли всё это с вашим личным опытом? Автор этих строк, работавший в большом количестве коллективов (главным образом журналистских), готов в целом согласиться с тем, что работать в России комфортно. Он может охарактеризовать корпоративную культуру как мягкую в 75% мест своей работы, отношения с начальством — как дружеские тоже в 75%. Интересно, что оставшиеся 25% практически не совпадают друг с другом.
Лень или благородство?
Что из этого следует? Давайте вернёмся к определениям «Суперджоба», к ценностям, включённым в противопоставленные друг другу группы.
Доброта ставится выше успеха. Взаимопомощь выше соперничества. Честность выше агрессивности. Преданность выше агрессивности.
И после этого мы недоумеваем, почему наша производительность труда , чем на Западе.
Согласитесь, «мягкая культура» в исполнении копирайтера «Суперджоба» — это что угодно, только не бизнес. Сладкая сказочка, производственная идиллия, корпоративная нега. А уж «исключительная честность» по отношению к клиентам и конкурентам — это, простите, утопия, некий идеальный мир, которого в реальном предпринимательстве не бывает. Уверены, что все до единого 86% маркетологов, проголосовавших за такой тип культуры, сделали это скрепя сердце, за «взаимопомощь» и «доброту», но никак не за «честность».
Фото: Tequiero/shutterstock.com
Но в целом вывод кажется очевидным: наши люди хотят иметь работу, но не работать.
В известном смысле это действительно так. Расслабленный подход к работе или симуляция бурной деятельности пустили глубокие корни в нашем, если можно так выразиться, производственном менталитете: позднесоветская зараза бесконечных перекуров и чаепитий оказалась удивительно прилипчивой. Сюда же можно добавить кредитную лихорадку, при которой человек предпочитает не заработать на какую-то ценность, а занять на неё, чтобы потом как-нибудь выкрутиться.
Но есть и другая сторона, о которой говорят реже. Россия так и не смогла принять предложенный ей в 1990-1992 годах западный стиль гонки за прибылью любой ценой, не смогла заменить в своём сознании сотрудничество конкуренцией, не приняла модель свободного рынка формата «война всех против всех». У большинства из нас всё ещё сохранилось другое понимание жизненного успеха, совсем не обязательно сопряжённое с изобилием материальных благ. С этим непонятным для западной экономической модели подходом борются всеми возможными способами, и на передовой этой борьбы выступают как раз банки, пытающиеся загнать людей в долги и сделать из них безропотных кредитных роботов, не требующих ни дружбы, ни уважения, а только работы и зарплаты.
И приведённые нами результаты опросов — знак того, что эта война нами ещё не проиграна. Что мы всё ещё живые русские люди, умеющие дружить, прощать, сострадать. Пусть даже в ущерб тому, что «они» называют успехом.
В 1902 г. Плеве сменил на посту министра внутренних дел убитого революционером-террористом Д. С. Сипягина. Он не отказался от продолжения политики своего предшественника, который был инициатором карательных мер против крестьян и активно проводил русификаторскую политику на окраинах. Однако он признавал, что в пореформенное время «социальная эволюция опередила работу государства по упорядочению вновь возникших отношений» и что «самые способы управления обветшали и нуждаются в значительном улучшении».
При Плеве правительство вполне осознало важность рабочего вопроса. В царствование Николая II рабочее движение показало свою силу. Летом 1896 г. в Петербурге прошла длительная стачка на текстильных фабриках, острые формы которой дали современникам основание говорить о промышленной войне. Рабочие действовали организованно и дисциплинированно, против них были брошены полиция и войска, на стороне стачечников были симпатии общества. Под впечатлением этих событий был принят закон о сокращении рабочего дня до 11,5 часов в дневное и до 10 часов в ночное время и в предпраздничные дни; в праздничные дни рабочим должны были предоставлять отдых. Вскоре были установлены пенсии рабочим казенных предприятий, потерявшим трудоспособность на производстве.
Петербургская промышленная война показала силу сознательных рабочих. Впервые стачкой руководили социал-демократы. В 1895 г. разрозненные петербургские социал-демократические кружки объединились в «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». Его лидерами были молодые марксисты В. И. Ульянов (Ленин) и Ю. О. Цедербаум (Мартов). Целями Союза были руководство стачками, агитация среди рабочих, превращение стихийного рабочего движения в сознательную классовую борьбу. В конечном счете речь шла о соединении идей социализма и социал-демократии с массовым протестом трудящихся. В единении этих сил был заключен огромный потенциал. Союз был разгромлен полицией, но организованная стачечная борьба продолжалась.
«Полицейский социализм». Долгие годы связанный с охранным отделением, В. К. Плеве понимал неэффективность одних репрессий в противодействии массовому рабочему движению. Он настаивал на политике уступок, которая, как и прежде, вызывала недовольство фабрикантов. В 1903 г. рабочим было позволено избирать фабричных старост для отстаивания их интересов перед хозяевами и властями, была предусмотрена ответственность предпринимателей за несчастные случаи на производстве. Плеве отдавал предпочтение традиционным мерам попечения, но именно при нем получила развитие практика «полицейского социализма».
Ее возникновение связано с именем С. В. Зубатова, который занимал пост начальника Московского охранного отделения. Он верил в «народное самодержавие» и предлагал рабочим решать все вопросы, обращаясь к монарху и правительству. Убежденный противник социализма и революционной пропаганды среди рабочих, он высказывался за развитие профсоюзного движения и выдвинул идею создания легальных рабочих организаций, деятельность которых полиция могла бы контролировать.
В1901 г. в Москве была создана первая зубатовская организация — Общество взаимного вспомоществования рабочих в механическом производстве. Вскоре по инициативе и под руководством Зубатова такие объединения были созданы в Одессе, Киеве, Минске, Харькове, Перми, Екатеринос-лаве. Под зубатовским влиянием находилась Независимая еврейская рабочая партия, действовавшая на юге и в западных губерниях. Зубатов поддерживал попечение о трезвости рабочих, где главную роль играли православные священники, открывал чайные, где рабочие вели беседы, читали газеты, слушали лекции, которые в Москве им читали профессора университета.
19 февраля 1902 г. Зубатов устроил многолюдную патриотическую манифестацию в Кремле перед памятником Александру II, приуроченную к годовщине отмены крепостного права. Участие рабочих в этой манифестации вызвало протесты фабрикантов, от которых московские власти потребовали не штрафовать участников манифестации за прогул, а оплатить им этот день как рабочий. Недовольство усилилось из-за предложения Зубатова организовать на предприятиях рабочие комитеты для разрешения конфликтов.
Настаивая на принятии своих предложений, он искал поддержки у Витте, что заставило Плеве настоять на его отставке. Зубатов был обвинен в попустительстве стачечному движению на Юге России, где всеобщую стачку лета 1903 г. возглавил его агент Г. И. Шаевич, представлявший Независимую еврейскую рабочую партию.
Отставка Зубатова привела к временному кризису «полицейского социализма», в котором разочаровался Плеве. Рабочие организации, даже лояльные властям, легко выходили из-под их контроля.
Дело Зубатова было продолжено священником Г. А. Талоном, который в конце 1903 г. основал «Собрание русских заводских рабочих Санкт-Петербурга». Учтя неудачу зубатовщины, Гапон подчеркивал независимость его организации от полиции и городских властей. В то же время он пользовался покровительством петербургского градоначальника И. А. Фуллона, еще раньше выступал в роли осведомителя министерства внутренних дел. К концу 1904 г. гапоновское Собрание объединяло до 10 тыс. рабочих.
Накануне революции. Несмотря на предпринимаемые усилия, правительство не могло добиться стабилизации внутреннего положения. Крестьянское и рабочее движения грозили самим устоям самодержавия, а меры, предпринимаемые правительством для их успокоения, были явно недостаточны.
К этому добавлялись просчеты в национальной политике, что с особой силой выразилось в наступлении на автономные права Финляндии. Финляндский генерал-губернатор Н. И. Бобриков при поддержке Плеве ликвидировал особые финские войска, назначил на все высшие посты княжества русских уроженцев, настоял на предоставлении ему особых полномочий для борьбы с сепаратистскими настроениями. Эти меры противоречили традиционной имперской политике по отношению к автономиям и вызвали протест финской общественности. В 1904 г. Бобриков был убит в здании финляндского Сената террористом. По своей остроте национальный вопрос не уступал аграрному и рабочему. Все они были составными частями нерешенной проблемы политической и социальной модернизации Российской империи.
Последняя попытка политическими средствами предотвратить наступление революции в России была предпринята министром внутренних дел князем П. Д. Святополк-Мир-ским. Заняв этот пост после убийства Плеве эсеровским террористом в июле 1904 г., новый министр сознавал, что страна «обратилась в бочку пороха». Он не считал нужным противодействовать земско-либеральным пожеланиям конституции, полагая, что в случае революционного взрыва придется дать ту «конституцию, которую потребуют». Пресса провозгласила наступление «эпохи доверия». В начале декабря Святополк-Мирский представил на рассмотрение Николая II проект указа о привлечении выборных от земств в Государственный совет. На Особом совещании министров и высших сановников его участники признали невозможность проведения прежней политики, считая, что это приведет к гибели. Единственный, кто выступил против предложения Святополк-Мирского, был К. П. Победоносцев. После колебаний Николай II назначил другое совещание, куда пригласил 5 великих князей и где проект Святополк-Мирского был провален.
Николай II заявил, что «одно самодержавие может спасти Россию», и, обращаясь к собравшимся, сказал: «Мужик конституции не поймет, а поймет только одно, что царю связали руки, а тогда — я вас поздравляю, господа!». 12 декабря 1904 г. был опубликован указ, в котором говорилось о «непременном сохранении незыблемости основных законов империи». Рабочим было обещано государственное страхование, крестьянам — уравнение в правах с другими сословиями. Так и завершилась «эпоха доверия».
Рабочий вопрос
Р. вопрос есть вопрос об экономическом, юридическом и социальном положении наемных рабочих и его улучшении. Он составляет главную часть современного социального вопроса, понимаемого как проблема преобразования существующего общественного строя в интересах тех классов, которые принимают лишь малое, относительно, участие в возрастающем народном богатстве и благах культуры. Р. вопрос возник с того времени, как появился класс свободных наемных рабочих. Первые зачатки его относятся еще к XV-XVI вв., когда цеховая организация промышленности в Европе начала разлагаться. С этого времени большинство подмастерьев должно было оставаться всю жизнь наемными рабочими, потеряв надежду сделаться когда-либо самостоятельными мастерами (см. Цехи). Такое положение вещей было создано тем, что цеховые мастера ввиду прилива большого числа Р. люда в города стали опасаться переполнения своего состава новыми членами и чрезмерного увеличения конкуренции; по этой причине цехи начинают затруднять переход подмастерьев в мастера. Была установлена дорогая плата за ученье, длинный срок бытности учеником и подмастерьем; введено требование продолжительных путешествий подмастерьев для усовершенствования в ремесле, что влекло за собой значительные расходы; установлены дорогие пробные изделия, представлявшиеся подмастерьями приемной комиссии цеха (см. Подмастерье). Наконец звание мастера приобрело наследственный характер; в число мастеров стали приниматься лишь сыновья прежних мастеров или лица, вступавшие в брак с их дочерьми и вдовами. Все это повело к тому, что значительная часть подмастерьев, не имевшая средств или не связанная родством с мастерами, была вынуждена оставаться всю жизнь в качестве наемных рабочих. Эта группа подмастерьев и образовала впервые класс свободных наемных Р. с отличными от работодателей интересами. Он имел в виду достижение наибольшей заработной платы и вообще наилучших условий труда, тогда как мастера были заинтересованы в том, чтобы платить как можно меньше. С течением времени образуются "братства подмастерьев", объединявшие ремесленных рабочих и стремившиеся улучшить положение своих членов при помощи стачек, регулирования предложения труда и проч.
Однако в ту эпоху Р. вопрос не занимал выдающегося места в экономической жизни народа как потому, что число подмастерьев было ничтожно по сравнению со всей массой населения, так и потому, что с XVI в. государственная власть приняла на себя регулирование отношений подмастерьев и мастеров, установление размеров заработной платы, величины рабочего дня, числа учеников и других условий труда и тем до известной степени смягчала или устраняла недостатки в положении наемных рабочих. Дальнейшее развитие рабочего класса происходит в следующие столетия под влиянием нескольких причин: освобождения крестьян от крепостной зависимости, процесса обезземеления крестьян, появления крупного производства и изобретения машин. С XV в. начинается в Англии, а несколько позднее - в Германии и других континентальных государствах процесс обезземеления крестьян (см. Крестьяне. и сл.; Поземельная община, и сл.), вследствие которого множество сельских жителей лишалось возможности работать на собственной земле и должно было или обратиться к аренде земельных участков у помещиков, или переселяться в города, увеличивая там предложение труда. Освобождение крестьян от крепостной зависимости имело аналогичные последствия. Везде, где отмена крепостного права была связана с выкупом земли крестьянами, часть сельского населения оказалась лишенной права приобретать земельные участки посредством выкупа и перешла, таким образом, в разряд безземельных. Сюда относятся прежде всего дворовые люди, затем в Германии - безлошадные крестьяне, в России - кутники и бобыли в западных губерниях. В Англии освободившиеся крестьяне превратились в наследственных или временных арендаторов, которых нередко сгоняли с земельных участков вследствие конкуренции крупных, более выгодных съемщиков. Одновременно с указанными процессами в сельском хозяйстве происходили изменения и в сфере промышленности. Ремесленный цеховой строй вытесняется в XVI-XVII веках домашней формой крупного производства; это обусловливалось расширением рынков сбыта и образованием особого класса торговцев-капиталистов, сосредоточивавших в своих руках сбыт ремесленных изделий. По мере того как сбыт переходит от цеховых мастеров к этим торговцам, первые начинают терять свою самостоятельность. Получая от купцов вперед денежные задатки, сырье, орудия, они становятся в зависимое от них положение и обязываются передавать им все изготовленные изделия. В конце концов ремесленники превращаются в простых наемных рабочих, производящих у себя на дому товары по заказу или за счет купцов-капиталистов. С XVIII в. капиталисты начинают вести промышленные производства в крупных мастерских, называемых мануфактурами (см.). Здесь прежние мастера-ремесленники превращаются уже совершенно в наемных Р., трудящихся в помещении предпринимателя. Однако до конца XVIII в. сосредоточение ремесленников в мануфактурах шло относительно медленно. Значительная часть мелких производителей в области обрабатывающей промышленности продолжала работать самостоятельно у себя дома и сбывать изделия на местном рынке. Решительный удар мелким самостоятельным предприятиям был нанесен изобретением машин (паровой, прядильной, ткацкой и ряда других), применение которых дало крупным производителям такие преимущества и выгоды в издержках производства, что ремесленникам трудно уже было с ними конкурировать. В течение первой половины XIX стол. тянется агония мелкой промышленности в ее борьбе c крупной. Разорившиеся ремесленники, не имея возможности вести самостоятельное дело, бросают его и превращаются в наемных фабричных Р. Число последних быстро возрастает, класс наемных Р. окончательно складывается, и Р. вопрос выдвигается как социальная проблема первостепенной важности. Таковы главные моменты, создавшие P класс нового времени. С превращением самостоятельных производителей в наемников, работающих в пользу капиталистов, связаны главные недостатки современного положения Р. классов, составляющие содержание Р. вопроса. Современный Р., не имея собственных средств производства, принужден поддерживать свое существование продажей своеобразного товара - своей Р. силы. Продавая последнюю предпринимателю-капиталисту, он предоставляет ему и право распоряжения ею в течение известного периода времени. Так как Р. сила неотделима от самого рабочего, то договор о продаже Р. силы создает отношение подчинения и зависимости продавца этой силы от ее покупателя.
Предприниматель при помощи купленной Р. силы ведет производство и создает новые ценности, воплощаемые в произведенных товарах. Часть ценности этих товаров, продаваемых на рынке и превращаемых в форму денежного капитала, отдается предпринимателем в качестве вознаграждения рабочим, а остальное поступает в его пользу как прибыль (см. Прибыль). Являясь ценой особого товара - Р. силы, заработная плата определяется в своем основании стоимостью содержания рабочего и его семьи при данных культурных и общественных условиях. В каждый данный момент происходят, однако, колебания заработной платы в зависимости от соотношения спроса и предложения Р. рук. Две стороны - предприниматели и рабочие - выступают здесь с противоположными интересами. В то время, как первые стремятся купить Р. силу как можно дешевле, вторые заботятся о ее продаже по возможно более дорогой цене. Отсюда борьба тех и других на рынке. Рабочий поставлен при этом, в общем, в менее благоприятное положение, чем предприниматель: последний, как сильнейшая сторона, может оказывать решающее влияние на условия продажи рабочей силы. Дело в том, что рабочий, не имея иных средств к жизни, кроме своей мускульной силы, должен во что бы то ни стало продать ее; каждый день безработицы обозначает безвозвратную потерю заработной платы, на которую мог бы жить рабочий. Он не может изъять с рынка предложение своего труда при уменьшении спроса на него и часто вынужден продавать свои услуги за самую низкую цену, лишь бы иметь какой-нибудь заработок, который поддержал бы его существование. С особенной силой указанные обстоятельства действовали и действуют в отношении работающих по найму женщин и детей, которые уже в силу своей природной слабости могут оказывать меньшее сопротивление чрезмерной эксплуатации со стороны предпринимателей. Помимо этого рабочий, участвующий личным трудом в производстве, подвергается постоянно риску остаться без работы при приостановке дела или вследствие увольнения - и в то же время не имеет никакого влияния на ведение и ход предприятия. Все это создает для наемных рабочих необеспеченность и неверность существования.
Когда рабочие достигают старости или оказываются по какой-либо причине неспособными к труду, они должны за неимением сбережений обращаться к общественной благотворительности, помещаются в рабочие дома или богадельни или даже нищенствуют. В то же время растет неравенство в имущественном положении класса капиталистов и рабочих: доходы первых увеличиваются гораздо быстрее, чем доходы вторых. Необеспеченность существования рабочих усиливается еще двумя особенностями капиталистического производства: прогрессирующим применением машин и периодическими промышленными кризисами. Предприниматели, стремясь к возможному сокращению издержек производства и к удешевлению производимых товаров, вводят все более и более усовершенствованные машины и орудия. Каждая машина упраздняет надобность в известном количестве рабочих рук, находивших себе приложение при прежнем, менее совершенном процессе производства. В те периоды, когда введение улучшенных машин происходит в значительных размерах, безработица многих тысяч Р. приобретает размеры народного бедствия (судьба ручных ткачей - в Англии и Германии). В обыкновенное время непрерывный процесс технических усовершенствований поддерживает постоянную армию безработных, которая должна содержаться на счет благотворительности и которая, отыскивая приложение своему труду, влияет на понижение заработной платы рабочих, занятых в производстве. Кризисы, с другой стороны, сопровождаются затруднением сбыта, разорением многих предпринимателей, сокращением и даже приостановкой производства, вследствие чего многие Р. опять-таки остаются без работы и без средств существования. Другой недостаток положения рабочих заключается в продолжительности рабочего времени.
В тех странах, в которых не развито фабричное законодательство - а в первой половине XIX в. таково было положение вещей во всей Европе, - Р. день наемных рабочих отличается чрезвычайной длиной. Взрослые работали, а иногда работают и теперь до 14-15 час., даже до 16-18 час. в сутки; наряду с ними были заняты дети, подростки и женщины. Громадный вред здоровью рабочих наносится также ночным трудом.
Как бы гигиенично и благоприятно он ни был обставлен, в силу своей противоестественности он всегда отражается вредно на организме (см. Ночной труд). Продолжительный Р.день, особенно связанный с ночным трудом, истощает силы человека, превращает его в машину, не дает возможности восстановлять путем достаточного отдыха истраченную мускульную и нервную энергию, не дает времени для умственного развития и для общения с семьей. Особенно печально отражается длинный Р. день на слабом организме детей и женщин (см. День рабочий и Фабричное законодательство). И в условиях самого процесса наемного труда
существует многое, что вредно отражается на рабочих; сюда относится, главным образом, негигиеничность обстановки и опасность работ. Недостаточное кубическое содержание воздуха в рабочих помещениях, спертый воздух при плохой вентиляции, различные виды пыли, газов, паров, выделяемых в процессе производства, пагубно влияют на легкие и вообще на организм рабочих (на свинцовых, ртутных, спичечных фабриках и мног. др.). Многие работы, при которых человек долго находится в неудобном положении или чрезмерно напрягает некоторые части своего организма, сами по себе ведут к хроническим страданиям. Опасность процессов производства и вероятность несчастных случаев усиливается отсутствием предохранительных приспособлений при машинах и слишком тесной постановкой машин, а иногда обусловливается самым существом производства (напр. на пороховых заводах, в горном деле). В сфере потребительного хозяйства наемных рабочих встречается также немало темных сторон. Рабочие, предоставляя свой труд в распоряжение нанимателя, тем самым вынуждены жить в том месте, где последний пожелает применить их труд. Часто рабочие скопляются в местах работы в таком числе, что встречают серьезные затруднения в нахождении жилищ для себя и для своих семейств. Отсюда рождается жилищный вопрос.
Ряд исследователей в Западной Европе и у нас в России показал, что рабочие классы живут по большей части в очень плохой, с гигиенической точки зрения, обстановке (см. Жилища рабочих). Это ведет к слабости их организма, к распространенности между ними эпидемий и усиленной смертности, нередко превышающей вдвое и даже более смертность зажиточных классов населения. Естественно также, что Р., не находя в домашней обстановке душевного и физического покоя, ищет его где-нибудь вне дома. Возможность приобретать продовольствие, одежду и другие предметы потребления тоже оказывается стесненной местопребыванием рабочих. Если потребности рабочих сравнительно легко удовлетворяются в больших городах (где, однако, рабочие по большей части забирают товары в мелочных лавках за относительно высокую цену и низкого качества), то в небольших поселениях или в деревне рабочие сплошь и рядом поставлены в этом отношении в полную зависимость от нанимателей. В сельскохозяйственных предприятиях они почти всегда получают готовую хозяйскую пищу; иногда это имеет место и в промышленных предприятиях; в других случаях хозяева отпускают рабочим предметы потребления из фабричных лавок. Таким образом, от воли хозяина зависит качество продовольствия и состояние здоровья работающих. До издания законодательных норм, регулирующих продажу из фабричных лавок, предприниматели нередко заставляли рабочих забирать товар в счет заработной платы, причем продукты отпускались дурного качества и по чрезмерно возвышенной цене; часто Р. был вынуждаем брать такие товары, которые ему совсем не нужны (tracksystem). Указанные темные стороны в материальном положении рабочих классов отражаются неблагоприятно и на духовной стороне
их жизни. Продолжительный Р. день, ночной труд, изнурительные работы не дают возможности посвящать некоторое время умственному развитию, чтению, развлечениям. Особенно печально это отзывается на молодом поколении, работающем в промышленных заведениях; оно не имеет возможности регулярно посещать школу или посещает ее усталым от работы, не занимается домашним чтением и таким образом вырастает невежественным и грубым. Совместная работа двух полов при отсутствии культурных удовольствий портит нравы, создает кратковременные связи, в результате которых являются дети, лишенные семейной обстановки или даже бросаемые на произвол судьбы. Наконец, указанные условия труда влияют разлагающим образом на семью, которая теряет влияние на нравственное объединение и развитие ее членов. Сознание всех указанных темных сторон выростало среди самих рабочих медленно и постепенно. Союзы подмастерьев, о которых упоминалось выше, падают к тому времени, когда начали развиваться мануфактуры и крупное производство. Только с конца XVIII века в рабочих народившейся крупной индустрии начинает появляться мысль о единстве их интересов, противоположных интересам предпринимателей. Во Франции, Англии и др. странах среди Р. появляется стремление к образованию союзов. Однако этим первичным попыткам объединения противодействовало законодательство, запрещавшее всякого рода соединения и сходки рабочих для преследования общих интересов, под страхом уголовного наказания (во Франции - постановление национального собрания 17 июня 1791 г., в Англии - запрещение коалиций законом 1800 г., в Пруссии - постановления промышленного устава 1845 г., и т. д.). Р. союзы стали организоваться тайно и повели в конце XVIII и первой половине XIX века к многочисленным стачкам и беспорядкам, сопровождавшимся грабежами и разрушением. Рабочие в то время считали причиной своего обеднения машины и фабрики и обращали против них свою ненависть. К таким волнениям относится, например, противодействие английских рабочих машинам Аркрайта, многочисленные вспышки и заговоры во Франции в 30-х и 40-х годах, беспорядки в Силезии в 1844 г. и др. Образованием небольших групп рабочих почти и ограничивалось рабочее движение первой половины XIX века; массовое объединение было еще невозможно вследствие недостаточного развития и самосознания рабочих классов. Правда, рабочие элементы принимали участие в революционных движениях 1830 и 1848 гг., но они выступали при этом не в качестве самостоятельного общественного класса, преследующего собственные интересы, а как союзники буржуазии, боровшейся за политические права. Мысли об интересах рабочих классов, о задачах пролетариата высказывались только отдельными личностями, не были еще прочувствованы и продуманы массой и потому увлекали за собой только небольшие Р. группы (Бабёф, Луи Блан). Первым действительно рабочим движением можно считать чартизм (см.) в Англии 1837-1848 гг. Оно почти всецело было начато и поддерживалось рабочим классом; в нем встречается идея о прямой противоположности интересов труда и капитала, слышатся неясные еще стремления пролетариата к улучшению своего материального благосостояния, к изменению общественно-экономического строя, появляется мысль об организации всеобщей стачки как средства достигнуть исполнения требований рабочих. Однако в чартистском движении еще нет определенной социально-экономической программы. Все требования чартистов сводились к введению народной хартии, положения которой касались исключительно реформы народного представительства. С течением времени, по мере распространения народного образования, развития крупной промышленности и увеличения концентрации рабочих на больших фабриках, их самосознание и чувство солидарности интересов растут все более и более. В свою очередь и законодательство постепенно отменяет прежние запрещения рабочих организаций, напр., во Франции - в 1864 г., в Англии - впервые в 1825 г., в Германии в 1867 г. Вместе с тем в рабочем движении появляются два определенных течения - экономическое
и политическое.
С одной стороны рабочие соединяются в союзы для преследования чисто экономических целей, для достижения наиболее выгодных условий приложения своего труда; с другой стороны, сознавая себя особым общественным классом, они стремятся к объединению в политическую партию, которая дала бы им возможность влиять на ход политической жизни страны. Сначала развиваются рабочие союзы (см. Союзы рабочих), потребительные и производительные ассоциации рабочих и другие экономические организации. Рабочие союзы, распространившиеся в особенности в Англии и Соединенных Штатах, менее в Германии, Франции и др. европейских государствах, стремятся к тому, чтобы добиться от предпринимателей возможно более выгодных условий рабочего договора путем мирных соглашений или стачек; вместе с тем союзы организуют обеспечение членов на случай старости, несчастий, безработицы, болезни и пр. Эти союзы, принявшие в разных государствах различные формы (дружеские общества и рабочие союзы в Англии, союзы демократического и социал-демократического направления в Германии, работе синдикаты во Франции и т. д.), постепенно растут, объединяют все большее число наемных рабочих сначала из более искусных (skilled labourers), а затем и чернорабочих и сельских рабочих. В некоторых странах они приобретают серьезное влияние на улучшение условий труда, на величину заработной платы, рабочего дня и проч. Предприниматели начинают считаться с требованиями своих рабочих, входить в соглашения с их союзами, считают даже иногда нужным выяснять им положение производства. С развитием капиталистической промышленности в важнейших государствах мира в рабочих классах должна была возникнуть идея об общности их интересов на всем земном шаре. Еще в 1840 г. основывается международный тайный "союз справедливых" с центральным органом в Лондоне. В скором времени этот союз переименовывается в "союз коммунистов" и принимает в качестве своей программы изданный Марксом и Энгельсом "Коммунистический манифест" (1847 г.). Этот союз просуществовал недолго и распался в 1852 г. Б 1864 г. образовалось "международное общество рабочих" (см.), для обединения рабочих всех стран в целях общего плана действий. Михаил Бакунин, исключенный из междун. общества, основал в 1868 г. особый "междунар. союз социальной демократии", анархического характера. С конца 80-х годов возникают периодические международные рабочие конгрессы для обсуждения вопросов о положении и образе действий рабочих классов. Первый конгресс был созван в 1889 г. в Парижа по случаю Всемирной выставки; на нем было признано желательным установление законодательным путем 8-часового Р. дня и принято 1 мая как день общего праздника рабочих. Следующие конгрессы происходили в 1891 г. в Брюсселе, в 1893 г. в Цюрихе, в 1896 г. в Лондоне. В то же время замечаются попытки к международному соглашению и обсуждению дел среди представителей труда отдельных отраслей промышленности: в 1890 г., напр., собирается в Иолимонте международный конгресс горнорабочих, в 1894 г. в Манчестере - международный конгресс рабочих по обработке волокнистых веществ и т. д. Со второй половины XIX столетия начинается объединение рабочих классов в политические партии. В Германии
начало политическому объединению рабочих было дано Лассалем (см.), основавшим в 1863 г. "всеобщий германский Р. союз" (Allgemeiner deutscher Arbeiterverein). Для противовеса последнему прогрессистская партия основала в том же году "союз германских рабочих обществ" (Verband deutscher Arbeitervereine), в правление которого были избраны Ланге, Бебель и Макс Гирш. Постепенно этот союз отклонился от идей прогрессистов; он принял требование всеобщего избирательного права, высказался против Шульце-Делича и примкнул в 1868 г. к международному обществу. Из среды этого союза Бебель и Либкнехт были избраны в депутаты северо-германского рейхстага и явились первыми представителями рабочего класса в парламенте В 1868 г. они основали "социал-демократическую рабочую партию". На съезде партии в Готе в 1875 г. произошло ее слияние с союзом, организованным Лассалем. На этом же съезде выработана программа германской социал-демократии, замененная новой в 1891 г., на съезде в Эрфурте (подробнее см. Социал-демократия). Независимо от социал-демократической партии рабочие Западной и Южной Германии сплочены в довольно значительном числе под знаменем христианско-социального направления и под руководительством католического духовенства. В Англии
движение рабочих в форме профессиональных союзов (трэд-юнионизм) поглощало до последнего времени главные силы рабочих; самостоятельные политические группы или партии рабочих стали образовываться только в последние годы. В 1881 г. основывается "социал-демократическая федерация" (social-democratic federation) марксистского направления, с Гайндманом и Баксом во главе, требующая в своей программе широких социальных реформ в ближайшем будущем, огосударствления земли, обобществления производства и пр. В 1889 г. Кейр-Гарди, Том Ман и др. основали "независимую рабочую партию" (Independent labour party) с несколько более неопределенной программой, с дружественным отношением к профессиональным союзам, но с несомненно социалистическим отенком. Обе эти Р. организации объединяют сравнительно небольшое число рабочих. В 1892 г. были избраны в парламент три депутата рабочих; хотя они не разделяют идей социал-демократии, но выступают энергичными поборниками серьезных реформ в интересах рабочего класса. Профессион. союзы, которые до последнего времени держались в стороне от политического движения, также начинают принимать в нем более деятельное участие. Во Франции,
после революции 1848 г., Р. долго были стеснены в свободе собраний и ассоциаций; если в третьей четверти XIX века и встрчаются движения среди этого класса, то преимущественно в виде небольших обществ революционного характера. С приобретением большей свободы Р. собираются на конгресс в Париже в 1876 г.; с этого года конгрессы стали повторяться ежегодно. В 1879 г. на конгрессе в Марселе была основана коллективистическая Р. партия (Жюлем Гэдом), скоро распавшаяся на массу мелких фракций с различными оттенками. Так, на конгрессе в Гавре 1860 г. произошел раскол между умеренными группами рабочих и радикальными, образовавшими "французскую революционную социалистическую Р. партию" (parti ouvrier socialiste révolutionnaire). Из среды радикалов выделились марксисты (parti ouvrier), принявшие теоретические взгляды Маркса, и поссибилисты, склонявшиеся к некоторым компромиссам и к плану постепенных мирных реформ; последние, в свою очередь, разделились на группы бруссистов и аллеманистов. Все перечисленные фракции приобрели сторонников среди рабочего населения в различных частях страны, вследствие чего в палату депутатов был избран ряд рабочих представителей (в 1889 г. - 19, в 1893 г. - 49). В 1889 г. все социалистические группы получили 176000 голосов, в 1893 г. за них подано уже 589000 голосов. В Италии
политическое движение среди рабочих появилось в 70-х годах и начало развиваться с 80-х годов по мере роста крупной промышленности. В 1892 г. была организована Р. партия (partito dei lavaratori italini) и выработана программа в духе учения Маркса. Сторонники этой партии начали собираться на периодические "национальные конгрессы Р. партии". За последнее время в Италии обнаруживается среди рабочих классов тенденция к анархизму. В 1893-94 гг. Италия была ареной многочисленных рабочих волнений, подавленных военной силой. В Австрии
рабочее движение шло в общем параллельно германскому, но в несравненно более скромных размерах. Еще в 60-х годах здесь возникает Р. партия, которая сначала сосредоточивает свои силы на приобретении всеобщего избирательного права, а затем стремится к приобретению депутатских полномочий в рейхсрате. Меньшее развитие промышленности, разнообразие племенного состава, репрессивные меры правительства отразились на сравнительно скромных успехах Р. партии. В Швейцарии
среди Р. класса существует довольно значительная организация под названием "Grütliverein" (основанная еще в 1830 г.), имеющая около 20000 членов; это общество ставит своей целью достижение мирным путем политического и социального равенства всех граждан и государственного устройства на демократических началах. В Северо-Американских Соединенных Штатах
возникает в 1876 г. "Р. партия Соединенных Штатов", объединившая все радикальные группы рабочих и выработавшая программу в духе германской социал-демократии; эта партия не приобрела большого числа сторонников, так как американские рабочие охотнее соединяются в союзы профессионального характера, для достижения непосредственно практических целей. В стороне от социалистического и анархического движения стоит многочисленный союз рабочих, имеющий своей задачей защиту и поднятие рабочих классов, именно орден "рыцарей труда" (см.), основанный в 1869 г.; он объединяет рабочих самых различных специальностей и насчитывает несколько сот тысяч членов. Программа его сводится к требованию законодательных реформ в интересах рабочих классов, к стремлению повысить заработную плату, сократить Р. день, развить производительные и потребительные общества и др. Средствами для этого служат третейские суды и стачки. В политических выборах рыцари труда поддерживают тех, от кого ожидают наибольшего содействия мерам в пользу рабочих. В литературе раньше других высказались по рабочему вопросу эпигоны классической школы, именно представители манчестерства, или школы свободной торговли, являющиеся защитниками существующего экономического строя, с принципами свободной конкуренции и частной собственности. По их мнению, никакого Р. вопроса не существует, все тяжелые стороны положения рабочих классов обусловливаются временным несоответствием спроса и предложения рабочих рук и устраняются сами собою с полным осуществлением принципа свободной конкуренции. Главная причина существующих недостатков в положении рабочих, в особенности низкой заработной платы, заключается в чрезмерном их размножении, не соответствующем росту народного капитала. Поднятие уровня заработной платы и улучшение быта рабочих возможно или через увеличение народного капитала, из которого уплачивается рабочим их вознаграждение (теория заработного фонда), или через сокращение предложения рабочих рук. Последнее всецело зависит от самих рабочих; для достижения этой цели они должны вступать более осмотрительно в брак и ограничивать свое потомство. Таковы воззрения Мак-Куллоха, Фоусетта, Сениора, Бастиа, Леруа-Бодье, Принс-Смита, Фошэ, Михаэлиса, Эммингауза, Бамбергера и др. Полагая, что существующий экономический строй в силу действия своих законов сам собой приведет к наилучшему порядку вещей, экономисты указанного направления относятся вполне отрицательно к всяким активным мероприятиям государства и общественного самоуправления в области Р. вопроса, напр. к фабричному законодательству, страхованию рабочих, улучшению рабочих жилищ и т. п. Государство должно ограничиваться заботами об охране личности и собственности граждан и об осуществлении неограниченной экономической свободы. Радикальным отношением к Р. вопросу характеризуется социализм (в особенности представители так наз. научного социализма - Родбертус, Маркс, Энгельс). По мнению социалистов, основная причина всех темных сторон в положении рабочих классов заключается в происшедшем разобщении работающих и средств производства. В силу этого Р. вынуждены поддерживать свое существование продажей своего труда предпринимателям-капиталистам, которые, как более сильная сторона, эксплуатируют их. Решение рабочего вопроса должно заключаться в том, чтобы предоставить рабочим распоряжение средствами производства или капиталом. По вопросу о способе осуществления этого плана мнения расходятся. Одни (Луи Блан, Лассаль) полагали, что Р. классы должны стремиться к приобретению политического влияния в законодательных учреждениях, чтобы дать толчок распространению производительных товариществ при помощи государственного кредита. Постепенно развиваясь на почве личной инициативы рабочих, товарищества должны привести к господству этой формы хозяйственных предприятий, представляющей собой соединение труда и капитала. Другие представители социализма (главным образом современные социал-демократы) находят проект распространения производительных ассоциаций неосуществимым и не соответствующим процессу исторической эволюции. Современный капиталистический строй, по их мнению, заключает в себе самом элементы будущего разложения и превращения в новый строй общественного хозяйства, в котором средства производства будут находиться в обладании всего общества. Процесс развития капиталистического хозяйства заключается в возрастающей концентрации капиталов и экспроприации мелких капиталистов крупными. Вместе с тем растет бедность, гнет, эксплуатация, а равно и протест рабочего класса, объединяемого и организуемого самым механизмом капиталистического производства. Сосредоточение средств производства и обобществление труда достигает такой степени, что они не могут более выносить свою капиталистическую оболочку. Задача современности заключается в объединении того класса, который оказывается обездоленным вследствие господства частного капитала, и в содействии скорейшему преобразованию этого строя. При этом предполагается, что преобразование экономических отношений произойдет естественным путем, без насильственного переворота, на известной ступени развития капиталистического строя. Своеобразное положение занимает незначительное по своему практическому влиянию консервативное направление государственного социализма, программа которого была развита в Германии Тодтом и Р. Мейером. По их плану, монархия должна вступить в союз с четвертым сословием (Р. классом), сломить господство буржуазии и осуществить социалистическую организацию производства. Посредствующая между двумя указанными направлениями точка зрения поддерживается экономистами так наз. социально-реформаторской, или историко-этической, школы; к ней принадлежит большинство современных германских экономистов и многие из английских. Представители этого направления остаются на почве основных принципов существующего экономического строя, но вполне признают существование Р. вопроса как проблемы "об обеспечении рабочим существования, достойного человека (menschen würdiges Dasein), и участия в возрастающих благах культуры". Решение этого вопроса возможно путем поправок, вносимых в существующий экономический строй законодательными мероприятиями и добровольными общественными организациями. Одни выдвигают на первый план государственное вмешательство, другие - начало самопомощи, третьи - принципы морали и христианства. Первые считают необходимым, чтобы государство пришло на помощь классу наемных рабочих посредством законодательства, лишающего работодателей возможности эксплуатировать свое более выгодное положение при заключении договора с рабочим и при пользовании его трудом. Законодательство должно дать охрану детскому и женскому труду, установить пределы Р. дня, обеспечить безопасность и гигиеничность обстановки рабочих помещений, ввести ответственность предпринимателей за несчастья с рабочими или же организовать страхование на случай профессиональных несчастий, болезни, инвалидности и старости. Эти взгляды развиваются в сочинениях Адольфа Вагнера, Шмоллера, Шенберга, Гельда, Шёля, Кона, Ингрэма и др. Вторая группа придает наибольшее значение в деле решения Р. вопроса добровольным ассоциациям. Сюда относится, прежде всего, Брентано, который вместе с своими учениками является защитником свободы конкуренции, свободы труда, промышленности и неограниченной частной собственности; он признает, однако, существование многих темных сторон в быте рабочих и объясняет их тем, что начало экономической свободы до сих пор не получило еще полного осуществления в отношениях между предпринимателями и рабочими. Единичный Р., обособленный, экономически слабый, понуждаемый необходимостью во чтобы то ни стало продать свою рабочую силу для поддержания жизни, не может быть равной предпринимателю стороной при заключении договора о найме; поэтому он должен всегда проигрывать при определении условий договора. Для того, чтобы рабочие сделались вполне равноправными и равносильными, они должны соединяться в рабочие союзы, которые и будут являться договаривающейся с предпринимателями стороной. Другие экономисты и общественные деятели (например Голиок, Людло, Шульце-Делич, Райфэйзен) выдвигают в Р. вопросе на первый план развитие кредитных, потребительных, строительных и производительных товариществ. По их мнению, подобные ассоциации дадут рабочим возможность делать сбережения и собрать известный капитал, а это, в свою очередь, позволит им начать собственное дело и сделаться самостоятельными производителями, обладающими средствами производства. Наконец, христианско-социальные фракции и христианские социалисты в Англии, Франции, Германии и др. странах выводят решение Р. вопроса главным образом из идей христианской религии и морали. Улучшение положения рабочих классов должно быть достигнуто моральным их усовершенствованием и проведением в жизнь братского начала ассоциаций при содействии имущих классов, сознающих свои обязанности относительно рабочих, устраивающих разные благотворительные учреждения для бедных и вообще заботящихся о тех людях, которые находятся в зависимости от них. Социальные бедствия могут быть устранены не внешней силой или законодательством, а только внутренним преобразованием человека и его мотивов деятельности; следовательно, корень социального вопроса имеет моральный характер. С проникновением в хозяйственную область мотивов более высокого нравственного достоинства постепенно вытеснится система народного хозяйства, основанная на борьбе интересов и на конкуренции людей между собой, устранится неравномерное распределение богатств, уничтожатся недостатки в положении рабочих и исчезнет бедность. Таковы воззрения Мориса, Томаса Юза, Кингели, Ниля и др. в Англии, Кеттелера и Муфанга, представителей социально-католического направления в Германии, Ламеннэ во Франции; к ним же приближаются взгляды Штекера, основателя христианско-социальной рабочей партии в Германии.
РАБОЧИЙ ВОПРОС В РОССИИ - одна из острых социально-политических проблем в конце XIX - начале XX в., включавшая взаимоотношения рабочего класса с предпринимателями (фабрикантами, заводчиками) и правительством. Возник в правительственной политике в связи с формированием рабочего класса и началом его столкновений с владельцами предприятий. Означал борьбу российского пролетариата за улучшение экономического и социального положения, которое было крайне тяжелым: низкая заработная плата (21-37 руб.), продолжительный рабочий день (11-14 час.), громадные штрафы (за поломку инструментов, нарушения дисциплины и т. п.), плохие жилищные условия, отсутствие охраны труда, политических свобод и профессиональных союзов, способных защищать экономические интересы рабочих.
Фабричным законодательством 1880-х гг. правительство пыталось решить рабочий вопрос путем регламентации взаимоотношений рабочих с владельцами предприятий. В 1885-1886 гг. были приняты законы, установившие предельный размер штрафов, учреждавшие фабричную инспекцию, призванную следить за нарушением законов предпринимателями, и запрещавшие работу женщин и подростков в ночное время. Однако эти меры не внесли заметного улучшения положения и не остановили борьбу рабочих.
Стачки летом 1896 г. и зимой 1897 г. вынудили правительство принять закон (1897) о сокращении продолжительности рабочего дня до 11,5 часов, но фабриканты повсеместно нарушали его под разными предлогами (срочный казенный заказ и т. п.). Были также расширены права фабричной инспекции, которая должна была предупреждать возможные причины забастовок, но и эти меры не остановили рабочее движение, которое под влиянием революционной пропаганды включилось в политическую борьбу и стало одним из мощных проявлений социально-политического кризиса в России.
Демонстрации под лозунгом «Долой самодержавие!» (1900) и забастовки 1901-1903 гг. обозначили подъем борьбы рабочих. Под ее воздействием рабочий вопрос стал одним из главных во внутренней политике правительства, которое пыталось решить его тремя методами. Первый - усиление репрессий: за участие в стачках рабочие подлежали уголовной ответственности, их могли арестовать, заключить в тюрьму, выслать на родину с запрещением проживать в крупных промышленных городах. Второй - издание новых законов: с 1901 г. учреждались пенсии рабочим казенных предприятий, потерявшим трудоспособность на производстве; в 1903 г. закон установил компенсацию фабрикантами рабочим, получившим травму на производстве, и ввел право рабочих выбирать из своей среды старост, призванных следить за соблюдением предпринимателем условий найма. Третий - развертывание «попечительной» политики, которая вылилась в создание легальных рабочих организаций под наблюдением полиции для отвлечения пролетариата от политической борьбы. Политика «полицейского социализма» («зубатовщина») натолкнулась на сопротивление фабрикантов, решивших, что полиция натравливает на них трудящихся, и на недоверие самих рабочих, которым надоело ждать решительных действий от правительства.
В результате Революции 1905-1907 гг. рабочие добились сокращения продолжительности рабочего дня (до 9-10 час.), отмены штрафов, увеличения заработной платы (в ряде отраслей промышленности) и права создания профсоюзов. В 1912 г. Государственная дума приняла закон о государственном страховании от несчастных случаев и по болезни, но он распространялся только на 15% рабочих казенных предприятий и лишь создавал видимость заботы правительства о трудящихся. 8-часовой рабочий день законодательно не был введен в России вплоть до Октябрьской революции 1917 г.
Орлов А.С., Георгиева Н.Г., Георгиев В.А. Исторический словарь. 2-е изд. М., 2012, с. 419-420.